Главная страница

Мы в соцсетях











Песни родной Сербии







.......................




/26.11.2004/

Антисербская ложь вокруг событий в Рачаке



     

      Пункт 28 обвинительного акта Слободану Милошевичу гласит: «Несмотря на размещение в Косове десятков членов Верификационной миссии ОБСЕ, вражда продолжалась, В этот период члены международной Верификационной миссии и представители организаций в защиту прав человека документировали определенное число убийств косовских албанцев. 15 января 1999 г. в селе Рачак, в общине Штимле, в одном из таких инцидентов было убито 45 невооруженных косовских албанцев».

     

      В обвинительном акте говорится, что, «несмотря на размещение в Косове десятков членов Верификационной миссии ОБСЕ, вражда продолжалась». Внесем уточнение: в Косове были размешены не десятки, а сотни членов этой миссии. Как уже отмечалось, соглашением Ми-лошевича-Холбрука было предусмотрено размещение в этом сербском крае 2000 наблюдателей ОБСЕ. К концу 1998 г. их там насчитывалось уже 1400 чел. Выполняя свои обязательства, вытекающие из соглашения, югославская сторона вернула в казармы части Армии Югославии (Приштинский корпус), а полиция Сербии заняла свои стационарные объекты. Спецподразделения Армии и полиции, находившиеся в Косове и Метохии во время проведения антитеррористической операции (июль-сентябрь 1998 г.), покинули край и вернулись в постоянные места пребывания. Югославская сторона полностью выполнила свои обязательства, зафиксированные в соглашении Милошевича-Холбрука, и была готова к мирному разрешению кризиса в этом южном сербском крае.

      Албанские террористы, ободренные благосклонностью и всемерной поддержкой, оказанной им главой Миссии ОБСЕ Уильямом Уоке-ром, использовали сложившуюся обстановку для реорганизации, перегруппировки и восстановления своих сил и, оправившись от поражений, понесенных в июле-сентябре 1998 г., с новой силой продолжили свою преступную деятельность.

      О том, как выполнялось соглашение Милошевича-Холбрука противной стороной, и о том, сколь «бдительно» НАТО наблюдало за всем происходящим в Косове и Метохии (что входило в его обязанность), лучше всего свидетельствуют следующие факты: с момента подписания соглашения и до конца января 1999 г. в Косове и Метохии было зарегистрировано свыше 500 террористических нападений боевиков «ОАК». За тот же период в результате этнической чистки из 35 сел были изгнаны сербы и черногорцы; только за первые 11 дней; 1999 г. боевики «ОАК» совершили 80 террористических нападений на полицию и Армию Югославии, а также на гражданских лиц. От рук бандитов погибли шесть мирных граждан и четверо полицейских, а 10 из них получили ранения различной тяжести.

      Начиная с 13 октября, албанские террористы, очевидно, воодушевленные как отводом спецподразделений полиции и частей Армии Югославии, так и прибытием Верификационной миссии, возглавляемой Уокером, стали совершать в Косове и Метохии еще более массовые и жестокие преступления. Кривая террористической активности резко поползла вверх, что отразилось и на общей статистике терактов: в 1998 г. их было зарегистрировано 1854, при этом 284 чел. погибли (в том числе 115 полицейских) и 556 получили ранения (среди них 399 полицейских). Самым чудовищным в ряду этих террористических преступлений, совершенных с попустительства миссии Уокера, стало убийство четверых сербских парней в кафе «Панда» (14 декабря 1998 г., в Печи). Так, на практике подтвердилось, что Верификационная миссия, предводимая У.Уокером, способствует не ослаблению напряженности в сербско-албанских отношениях, не борьбе с терроризмом и обеспечению спокойной жизни всех граждан Косова и Метохии, а напротив, подливает масла в огонь албанского терроризма, очевидно, пытаясь создать повод для интервенции НАТО.

      В рассматриваемом пункте обвинительного акта, в частности, говорится: «Члены международной Верификационной миссии и представители организаций в защиту прав человека документировали определенное число убийств косовских албанцев». Однако обвинительный акт стыдливо умалчивает, где и каким образом Верификационная миссия раздобыла данные об «определенном числе убийств косовских албанцев». Уже при выборе частного жилья для верификаторов албанские семьи имели абсолютный приоритет. И при выборе переводчиков для верификаторов предпочтение опять же отдавалось албанцам, так что информацию об «убийствах косовских албанцев» верификаторы получали преимущественно у албанцев. Не случайно в обвинительном акте не приведено ни одного примера или доказательства убийств албанцев во время пребывания Верификационной миссии в Косове и Метохии. Упоминается только «инцидент» в селе Рачак. Следует напомнить предысторию этого события.

      Могучая западная пропаганда превратила гибель террористов «ОАК», которые оказали сопротивление силам сербской полиции в этом албанском селе, в ложное доказательство страданий невинных «косовских албанцев», поэтому на этом случае необходимо остановиться подробнее.

      «Резня» невинных албанских гражданских лиц в селе Рачак - лишь один из эпизодов, разыгранный по давно известному и уже опробованному сценарию. В течение целого десятилетия его много раз пускали в ход вдохновители вооруженных сепаратистских восстаний на территории бывшей Югославии - от Словении до Косова и Метохии. |Не секрет, что в роли главных «актеров» югославской драмы неизменно оказывались американские эксперты по специальным действиям («секретным операциям»). Ограниченный объем данной публикации не позволяет перечислить все эти «операции». Но некоторые нельзя не упомянуть: обстрел вертолета на подлете к аэропорту Бутмир (Сараево), на борту которого находился Президент Франции Ф.Миттеран (июнь 1992 г.); мусульманский обстрел Сараева 17 августа 1992 г., «приуроченный» к визиту в этот город британского министра иностранных дел Дугласа Херда; приведение в действие взрывного устройства на кладбище (4 августа), причем на виду у «своевременно» появившихся телевизионных камер; убийство американского журналиста и пдодюссера Дэвида Каштана (13 августа); гибель итальянского транспортного самолета Г-222, сбитого на подлете к Сараеву (3 сентября); нападение на продовольственный конвой ООН, последовавшее всего несколько дней спустя; выстрелы по резиденции генерала Мориона («умышленное» нападение, как он сам его квалифицировал); гибель гражданских лиц в очереди за хлебом на улице Васе Мискина в Сараеве (29 -мая 1992 г.); еще более загадочная гибель людей на рынке Маркале, имевшая место дважды (февраль 1994 г. и август 1995 г.) в том же Сараеве. Груз ответственности за эти кровавые преступления лежит на тех же самых режиссерах, которые с таким злодейским спокойствием приговорили к убийству сотни людей, женщин, детей и стариков ради достижения своих сумасбродных политико-пропагандистских целей.

      Несмотря на большой опыт главных режиссеров подобных кровавых провокаций, им все равно оказалось не под силу полностью замести следы своих преступлений. Впрочем, это было невозможно в принципе: нельзя придумать такой идеальный сценарий, чтобы в него поверили раз и навсегда. Всех людей, а особенно очевидцев, просто невозможно заставить врать, утверждать, что они были свидетелями того, что на самом деле не происходило. Всех людей нельзя заставить молчать о том, что они пережили, как нельзя бесконечно долго заставлять экспертов скрывать установленные ими факты. Впрочем, порой они могут лежать под сукном годы и годы. Такая участь постигла и донесения об упомянутых террористических провокациях как в Боснии и Герцеговине, так и в Косове и Метохии. И в том и в другом случае высокопоставленным чиновникам американской администрации (благодаря своим широким и хорошо оплаченным связям) пусть временно, но удавалось обеспечить либо сокрытие подлинных донесений о перечисленных событиях, либо ложное свидетельствование. Эти ловкачи надеялись, что река времени рано или поздно сомкнет свои воды над всеми существенными событиями, и они будут преданы забвению. Поэтому неудивительно, что донесения экспертных групп о преступлениях на Маркале были похоронены в канцеляриях Совета безопасности ООН так же, как и заключения финских патологоанатомов по поводу случая в Рачаке упрятаны в сейфы Гаагского трибунала. Комиссар Европейской комиссии по внешним связям Крис Патен посчитал, что доклад финских патологоанатомов, утверждавших, что «сербские силы не устраивали резни в косовском селе», должен оставаться недоступным для общественности «во избежание прямого вмешательства в деятельность Гаагского суда, который ведет расследование».

      Что же, однако, произошло в албанском селе Рачак 15 января 1999 г.?

      Накануне, 14 января, террористы «ОАК» устроили засаду, в которую попал патруль МВД Сербии. Погиб полицейский Светислав Пршич. На следующий день, 15 января 1999 г., усиленное подразделение сербской полиции организовало преследование этой террористической группы и, проявив высокий профессионализм, сумело нанести большие потери боевикам «ОАК». Сотрудники полиции заранее заняли пустующие фортификационные объекты, которые ночью охранял один-единственный террорист, выполнявший и функции наблюдателя (стражи порядка взяли его в плен и на допросе выяснили, какой сигнал подается в случае опасности), благодаря чему полицейское подразделение сразу же получило значительное преимущество. Ведя огонь из хорошо защищенных укрытий, расположенных сравнительно близко от дома, в котором, спасаясь от холода, укрылись 40 вооруженных террористов, они не позволили им разбежаться и занять свои окопы, что и предопределило успех акции. Но террористы, засевшие на окрестных холмах, организовали контратаку, и оперативная полицейская группа, уклоняясь от столкновения с превосходящими силами противника, организованно покинула район села Рачак. Вскоре на место происшествия прибыл У.Уокер, а также окружной прокурор из Пришти-ны Даница Максимович. Уокер тут же, не дожидаясь проведения какого-либо экспертного анализа, заявил (16 января 1999 г.): «После всего увиденного мною в Рачаке я не постесняюсь назвать это преступление резней, преступлением против человечности, а также не постесняюсь обвинить в этом сербские силы безопасности». Вслед за этим «вердиктом», вынесенным прежде, чем кто-либо из экспертов получил возможность осмотреть место происшествия, последовало решение правительства США и НАТО о бомбардировке СР Югославии.

      Отчет окружного прокурора из Приштины Даницы Максимович был совершенно иным: в нем утверждалось, что о резне безвинных гражданских лиц в с. Рачак не может быть и речи. Однако никто из сильных мира сего не принял во внимание этот отчет. Более того, в первый момент Данице Максимович не позволили даже провести осмотр места происшествия.

      Погибшие террористы, по сценарию Уокера, вопреки мусульманским религиозным обычаям, не были похоронены в тот же день. Их переодели в гражданскую одежду и в таком виде выс-гавили напоказ в ближайшей мечети, чтобы весь мир лицезрел картину «резни гражданских лиц».

      Однако вследствие бросающегося в глаза разнобоя в изображении событий в с. Рачак, была создана «нейтральная» международная экспертная группа финских патологоанатомов, имевшая задачу путем вскрытия трупов установить, идет ли речь о резне гражданских лиц или о погибших в бою террористах «ОАК». Хотя в отчете финских патологоанатомов отрицалась какая-либо резня в Рачаке, Уокеру и его покровителям удалось (очевидно, за солидную мзду) принудить руководителя группы Хелену Ранте заявить, что убитые, «вероятно», являлись гражданскими лицами. Полный вариант отчета постигла та же судьба, что и отчет о преступлении на сараевском рынке Маркале. Он был объявлен секретным и спрятан в сейфах Соланы и генерала Кларка. Инициаторы преступной бомбардировки СР Югославии решились-таки использовать инсценировку «резни» в Рачаке как предлог для запланированной агрессии НАТО.

      Лишь в начале февраля 2001 г. отчет финских патологоанатомов был доставлен Гаагскому трибуналу. В журнале «Forensic Science International», освещающим вопросы судебной медицины, было опубликовано заключение финских патологоанатомов, где, в частности, указывалось, что оснований подтвердить вывод о том, что в Рачаке силы безопасности устроили резню албанских гражданских лиц, не имеется (информацию об этом 16 февраля 2001 г. опубликовала и немецкая «Berliner Zeijtung»), А ведь У.Уокер первоначально утверждал обратное.

      По официальным выводам совместной финско-белорусской группы паталогоанатомов все погибшие в Рачаке албанцы были убиты в бою! По результатам парафинового теста и другим показателям стало неопровержимо ясно, что все погибшие непосредственно перед гибелью стреляли из огнестрельного оружия. Однако изначально эти факты были умышленно скрыты. Группу же югославских паталагоанатомов в Рачак вообще не пускали. А при попыки все же добраться до села машины со специалистами были обстреляны.

      Можно простить авторов обвинительного акта, если в момент его составления они приняли на веру заявление У. Уокера, но в настоящее время, когда вся эта инсценировка уже разоблачена, они не могут рассматривать ее в качестве «коронного» доказательства своих обвинений (если, конечно, они дорожат своим достоинством и репутацией). Вместе с этой аферой наконец-то был разоблачен и У.Уокер, американский дипломат и генерал, а по совместительству преступник международного масштаба.

      Свою дипломатическую карьеру У.Уокер формально начал в Перу в 1961 г. В 1988-1992 гг. он занимал пост посла США в Сальвадоре. На деле же он принадлежит к самому узкому кругу экспертов ЦРУ по проведению «секретных операций». Он из поколения Оливера Норта, Мортона Амбромовица и других, кому дипломатический паспорт нужен лишь для прикрытия и политического иммунитета. Наибольших успехов в этом качестве он добился в Панаме, где вел дела вместе с будущим командующим войск НАТО генералом У.Кларком, а затем в Никарагуа и Сальвадоре, чьи режимы в 80-е гг. вели борьбу против местных национально-освободительных движений. Против Уокера было начато (правда, безуспешно) и судебное расследование, ибо он организовал нелегальную поставку оружия и заброску в Никарагуа с секретных баз в Сальвадоре так называемых «контрас». Во время пребывания Уокера в Сальвадоре тамошние «эскадроны смерти» творили самые настоящие зверства. Между тем обучались и вооружались они в американских центрах специальных операций именно под руководством Уокера.

      В Косове и Метохии Уокер «прославился» крайне пристрастным лоббированием интересов албанского сепаратистского движения. Он успевал даже выступать на похоронах погибших террористов, но ни единым словом не выразил соболезнования семьям вероломно убитых полицейских, похищенных и замученных сербов Косова и Метохии; его оставляли безразличным даже очевидные случаи массовых актов геноцида сербов (массовое сожжение сербов в известном крематории в с. Клечка, казни сербов на лобном месте в с. Доньи-Ратиш), включая и убийство парней в кафе «Панда» в Печи.

      Если бы Гаагский трибунал действительно стремился организовать преследование лиц за совершенные ими преступления «против человечности и нарушения законов и обычаев войны», то его прокуроры и судьи должны были бы в числе первых усадить на скамью подсудимых Уильяма Уокера. А югославскому государственному и политическому руководству (разумеется, исключительно .перед судом своего народа) следовало бы дать ответ, почему оно согласилось с тем, чтобы столь мрачная и одиозная личность стала главой Верификационной миссии ОБСЕ в Косове и Метохии, тем более что к тому времени Уокер уже успел и в Восточной Славонии проявить свои исключительно дурные наклонности. Наверное, государственное и политическое руководство Республики Сербской Краины тоже горько пожалело о своем опыте сотрудничества с этим международным проходимцем.

     

     

      РАССТРЕЛА В РАЧАКЕ НЕ БЫЛО

      Доклад финских экспертов, опубликованный спустя год, подтвердил: повод для начала войны был просто придуман НАТО


     


 

Loading...

Косовский фронт