Главная страница

Мы в соцсетях











Песни родной Сербии







.......................




/29.10.2012/

Защита Караджича



     16 октября началась защитная часть судебного процесса по делу «Прокурор против Р.Караджича» в Международном трибунале по бывшей Югославии. Обвинительная часть процесса продолжалась полтора года (с октября 2009 г. по май 2012 г.). За это время прокуратура МТБЮ представила 195 свидетелей, показания которых должны были бы доказать 11 пунктов обвинения. И вот началась Защитная часть процесса, во время которой Радован Караджич будет опровергать показания свидетелей обвинения…

     

     Перед началом процесса Радован Караджич выступил с заявлением. Это не были свидетельские показания (Караджич не исключил, что может выступить свидетелем в своём собственном деле, но пока не принял окончательного решения), он лишь обозначил основные направления своей защиты. Особо важными были показания Р.Караджича об инсценировке босанцами обстрела рынка Маркале, обвинившими в этом сербскую сторону. Он рассказал, что среди жертв рынка оказались не только лица, действительно, находившиеся там, но и тела, привезённые на рынок из морга. Кстати, на других процессах были представлены доказательства того, что одна из оторванных ног, запечатлённая среди «жертв сербского обстрела», была искусственная нога витринного манекена. А ещё раньше на процессе генерала Р.Младича свидетель обвинения (!) Пирс Такер подтвердил, что босанцы постоянно использовали провокации против своего же собственного гражданского населения с целью вызвать реакцию «международного сообщества» против сербов.

     

     Защита Радована Караджича впечатляет масштабом: планируется представить почти 600 свидетелей. В защите есть также один очень важный и очень рискованный момент. Кроме «своих» свидетелей, бывший президент Республики Сербской требует вызвать в суд и ряд лиц, находившихся в стане врага и отказывающихся добровольно выступить в качестве свидетелей Караджича. В частности, это бывшие руководители тех стран НАТО, которые принимали участие в разрушении Югославии и бомбардировках позиций боснийских сербов, - У.Клинтон, Э.Блэр, Г.Шрёдер и другие. Караджич также требует вызвать в суд бывших «международных посредников» Т.Столтенберга и Я.Акаси а также бывших руководителей Боснии Э.Ганича и Х.Силайджича. Показания этих свидетелей для Р.Караджича весьма опасны. Одни из них сами совершали преступления, другие покрывали эти преступления, третьи выступали на стороне агрессора. Караджич очень рискует, ведь эти свидетели имеют весьма серьёзные основания не говорить правду, хотя бы из чувства самосохранения. Ряд свидетелей, например президент Греции Карлос Папульяс, кроме выгодных для защиты показаний, могут дать для Караджича весьма невыгодные, например касающиеся непринятия парламентом боснийских сербов мирных соглашений 1993 года.

     

     Особняком среди «отказников» стоит португальский дипломат Хосе Кутильеро. Именно он был первым посредником Европейского союза, подготовившим мирный план для Боснии в 1992 году. Принятие этого плана могло вообще предотвратить войну. Кутильеро мог бы дать показания о том, что Р.Караджич активно участвовал в мирных переговорах и подписал мирное соглашение. Он мог бы также рассказать о том, что босанское руководство, первоначально также подписав соглашение, затем отозвало свою подпись. Кутильеро мог бы также показать, что, несмотря на это, руководство боснийских сербов хотело продолжения переговоров, а босанцы всячески торпедировали саму эту идею. Кутильеро мог бы также показать, что летом 1992 года в течение одного месяца он получил от Караджича пять писем, в которых выражалась готовность к прекращению огня и безусловному возобновлению переговоров. Кутильеро мог бы дать показания о том, что у него имеется информация, согласно которой обстрел казарм на улице В.Мискина был произведён не сербами, как утверждает прокуратура МТБЮ, а босанцами. Наконец, Кутильеро мог бы дать показания о том, что во время мирной конференции в Лондоне в августе 1992 года Р.Караджич выразил готовность вернуть босанцам занятые сербами территории взамен за политическую стабильность, но босанцы и хорваты отклонили это предложение. Караджич соглашался также на присутствие наблюдателей ООН в любых местах дислокации сербской артиллерии. Все эти показания опровергают утверждения прокуратуры о том, что у Р.Караджича был умысел на совершение этнических чисток несербского населения Боснии. Как видим, показания Кутильеро не только (и не столько) могли бы помочь в установлении истины по делу, сколько показать преступную роль босанского и хорватского руководства в развязывании войны в Боснии. Однако это означает инкриминирование самого МТБЮ, который не возбудил против этих лидеров дело, а возложил всю вину на руководство сербов.

     

     Поэтому у трибунала достаточно оснований для того, чтобы чинить Р.Караджичу препятствия. Во-первых, сначала на Караджича повесили бремя доказательства своей невиновности, когда признали без суда и следствия более двух тысяч фактов в качестве «судебно установленных». Как такое могло произойти? Удивляться нечему – это Гаагский трибунал! Факты, установленные на других процессах, просто взяли и перенесли в дело Караджича как уже «установленные». То есть бремя доказательства вины было переложено с прокуратуры на обвиняемого! Однако Караджич согласился взять на себя бремя, которое должно нести обвинение, и потребовал предоставления дополнительных 300 часов для опровержения этих фактов. И тут трибунал испугался! Переложив бремя доказательств с обвинения на обвиняемого, МТБЮ не дал Караджичу требуемого для этого времени! Наконец, за день до начала Защитной части процесса прокуратура заявила, что хочет «встретиться» с некоторыми свидетелями защиты. Конечно, Караджич заявил протест против такой практики, на что прокурор с ухмылкой заявил, что он «не собирается делать с этими свидетелями ничего противозаконного». При этом была показательна реакция судьи: он задал вопрос Караджичу, на каком основании суд мог бы отказать прокуратуре в этом её желании. Обратите внимание – суд не задал вопрос прокуратуре, на каком основании суд мог бы разрешить прокуратуре допрашивать свидетелей защиты! Кажется, что иногда суд забывает, что он должен хотя бы внешне выглядеть беспристрастным.

     

     Ещё одним важным «отказником» стал бывший командующий сараевским корпусом армии боснийских сербов генерал Радослав Крстич. Почти сразу после ареста Р.Караджича в 2008 году отбывающий наказание в британской тюрьме генерал Крстич подвергся нападению находящегося там же мусульманина. Генерала нашли в луже крови с перерезанным горлом. Ещё тогда я писал, что это нападение на Крстича – «чёрная метка» Р.Караджичу. И вот теперь генерал Крстич отказывается быть свидетелем Караджича. А ведь генерал может многое рассказать. Например, о том, докладывал ли он президенту и главнокомандующему вооружёнными силами Республики Сербской об убийствах в Сребренице. Или о том, что на встрече непосредственно перед операцией «Кривая-95» обсуждалось только разделение анклавов Сребреница и Жепа, а не убийства гражданского населения. Один из свидетелей прокуратуры утверждал, что Р.Караджич якобы сожалел о том, что генерал Крстич не смог «всех их прикончить». Генерал мог бы опровергнуть эти показания. Наконец, нельзя забывать о том, что дело генерала Крстича – единственное в МТБЮ, где окончательным судебным решением был установлен факт геноцида. И Крстич был приговорён как участник «совместных преступных действий», членом которых назван и Радован Караджич.

     

     Тем не менее свидетелей защиты Р.Караджича хватает и без отказников. На прошедшей неделе выступило четверо свидетелей, чьи показания касались событий в Сараево. Первым выступил бывший сотрудник Миссии ООН в Боснии (UNPROFOR) российский полковник Андрей Демуренко. В августе 1995 года он провел собственное расследование направления обстрела сараевского рынка Маркале. Несмотря на то, что западное руководство Миссии заявило о вине сербов, расследование А.Демуренко показало, что обстрел был произведён с позиций, занимаемых босанцами. Конечно, показания полковника А.Демуренко вызвали яростное сопротивление трибунала. Ещё в 2006 году А.Демуренко дал аналогичные показания в деле Драгомира Милошевича (бывшего командующего сараевским корпусом армии боснийских сербов). Однако в приговоре Д.Милошевичу судебная палата заявила, что не считает показания А.Демуренко убедительными. А раз так – палата сделала вывод, что она «удовлетворена доказательствами о том, что обстрел был произведён с территории, находящейся под контролем армии боснийских сербов». Нейтрализовав таким образом показания А.Демуренко, судебная палата приговорила Драгомира Милошевича к 33 годам лишения свободы. В своей апелляции защита отмечала, что судебная палата не указала, в чём заключается «неубедительность» показаний А.Демуренко. Апелляционная палата была вынуждена удовлетворить требования защиты и исключить обстрел Маркале из обвинения. Однако сделано это было не на основании того, что судебная палата незаконно и необоснованно отклонила показания А.Демуренко, а в связи с тем, что генерал Д.Милошевич в это время отсутствовал на месте. Таким образом, Апелляционная палата нашла хороший повод для того, чтобы вообще не рассматривать аргументы защиты в отношении собственно показаний А.Демуренко.

     

     Вторым свидетелем защиты Р.Караджича стал также сотрудник UNPROFOR ирландский генерал Пол Конвей, показавший, что им были обнаружены мобильные пушки мусульман, которые те располагали близ позиций сербов. Наконец, третий свидетель, бывший командующий одним из сараевских батальонов Б.Ковачевич показал, что боснийские сербы никогда не обстреливали Сараево по собственной инициативе, огонь всегда был ответным. Он рассказал о тактике армии мусульман, которые старались вести обстрелы сербов с позиций, близких к госпиталям и мечетям, специально провоцируя на ответный огонь и разрушение этих объектов.

     

     Итак, после почти двух лет обвинения началась защита Р.Караджича. Уже сейчас ясно, что она станет одной из самых ожесточённых. Радован Караджич избрал опасную и рискованную тактику, рассчитанную на то, что каждый свидетель будет говорить только правду. Однако стратегия Караджича является ещё более рискованной, ибо для Гаагского трибунала попытка обвиняемого установить истину об истоках и ходе боснийской войны - смертельно опасна. И потому трибунал сделает всё, чтобы сорвать защиту бывшего президента Республики Сербской. Итак, смертельная защита Р.Караджича началась…

     

     По материалам fondsk.ru


Комментарии (3)
 



Loading...