Loading...
           

Главная страница


Мы в соцсетях











.......................




/14.3.2006/

Операция "Олуя" - падение Сербской Краины



     

      Хорватское руководство ни на минуту не пересматривало свой план военного поражения краинских сербов. Для отвода глаз хорватская делегация участвовала во всех переговорах, проводившихся при посредничестве ООН в 1995 году, но при этом шла активная подготовка к генеральному наступлению на Краину. В июле-августе шли бесплодные обсуждения плана "Z-4", по которому РСК входила в состав Хорватии как культурная автономия сербов. Последний раз стороны собрались в Женеве 3 августа. Однако, сербов не могли устраивать ряд положений договора, так как они вовсе не гарантировали безопасность от притеснений режима Туджмана. Хорватскую делегацию переговоры уже не интересовали она выполняла роль отвлекающего маневра.

      При помощи военных специалистов из США, Главный Штаб ХВ разработал план военной операции, получившей название "Олуя" ("Буря"). Последний ее вариант был утвержден 26 июня. Разработка велась еще при старом начальнике штаба ХВ, 76-летнем генерале Янко Бобетко (начштаба с 1992 года), которого 15 июля заменили на генерала Звонимира Цервенко.

      План операции "Олуя" состоял из четырех частей, каждая из которых охватывала определенный участок наступления. Каждый военный округ (корпус) нес ответственность за свою часть "Олуи". Согласно плану "Олуя-1" действовали части Загребского корпуса (30.000 чел., генерал-майор Иван Башарац), "Олуя-2" - Карловацкого корпуса (15.000 чел., генерал-майор Миленко Црняц), "Олуя-3" - Госпичского (25.000 чел., генерал-майор Мирко Норац), "Олуя-4" - Сплитского (30.000 чел., генерал-майор Анте Готовина). Общий контроль над операцией осуществлялся в Загребе. Полевой штаб, который возглавил генерал-майор Марьян Марекович, находился в городе Огулин, к юго-востоку Карловаца.

      На проведение операции отводилось 4-5 дней, любое затягивание могло привести к негативной реакции "мирового сообщества". В подготовительные меры к крупнейшей наземной операции в Европе после Второй мировой войны, входила и шумиха, намеренно поднятая в ООН и в мировых СМИ американцами о якобы сделанных со спутника снимках массовых захоронений в районе Сребреницы. Это отвлекло внимание значительного количества людей от Краины, как раз в то время, когда хорваты начинали агрессию.

      Силы краинских сербов располагались следующим образом. Загребскому корпусу ХВ противостоял 39-й Баньский корпус под командованием генерал-майора Слободана Тарбука. В 1991 году он был командиром бригады ЮНА в Петрине, затем, в 1992-93 годах уже руководил 39-м корпусом. В 1995 его вновь назначили командовать этим соединением. Тарбук был опытным и инициативным командиром.

      В составе Баньского корпуса было всего четыре пехотных бригады (9.000 чел.), одна из которых находилась в резерве. Часть сил, сведенная в тактическую группу (3.500 чел.), включая и резервную бригаду, была задействована на фронте против 5-го корпуса АРБиХ. 39-й корпус был хорошо оснащен бронетехникой, и даже имел в ней превосходство над Загребским корпусом ХВ, но испытывал недостаток в артиллерии - как в полевой, так и в тяжелой.

      Самым уязвимым местом в позиции 39-го Баньского корпуса ВРСК было отсутствие оперативной глубины обороны. Укрепления находились только вдоль линии фронта, запасных позиций - второй линии обороны, не было. Если бы город Глина, находившийся в 10 км от передовой, был потерян, линии коммуникаций корпуса оказались бы перерезанными, что означало коллапс... При наличии очень небольшого резерва для контратаки и слабой надежде на помощь ВРС или ВЮ, бойцы Баньского корпуса должны были остановить наступление ХВ на первой и единственной линии обороны.

      Отражать наступление Карловацкого корпуса ХВ должен был 21-й Кордунский корпус. Это соединение прославилось своим участием в славной для сербского оружия операции "Коридор" летом 1992 года. К моменту начала "Олуи" корпусом командовал генерал-майор Велько Босанац. Мобильным резервом корпуса считался Корпус Специальных Единиц (КСЕ), генерал-майора Милорада Ступара. КСЕ так же участвовал в летнем наступлении на Бихач и после отвода сербских сил, оставался недалеко от границы с Боснией. Против Карловацкого корпуса ХВ, генерал Босанац мог выставить только две из трех пехотных бригад (4.000 чел.), находившихся в составе корпуса. Третья находилась на разграничении между зонами наступления Загребского и Карловацкого корпусов хорватской армии.

      Удар частей Карловацкого корпуса приходился так же и на позиции пехотной бригады (1.500 чел.) 15-го Личского корпуса ВРСК. КСЕ генерала Ступара имел 5.000 бойцов в четырех бригадах (согласно данным, перед сербским наступлением на Бихач). 21-й корпус значительно уступал противостоящим хорватским силам в бронетехнике и артиллерии, и так же, как и 39-й, не имел оперативной глубины, для организации запасной линии обороны.

      Эти соединения ВРСК, расположенные в секторе "Север", входили в Оперативную Группу "Паук", под командованием генерала Миле Новаковича. В наиболее важном для хорватского наступления секторе "Юг", находилась Оперативная Группа ВРСК "Вьюга", включавшая два корпуса.

      15-му Ликскому корпусу предстояло выдержать главный удар, совместной атаки хорватов (с запада) и мусульман (с северо-востока, со стороны Бихача). Для организации обороны на два фронта, командующий корпусом, генерал-майор Стеван Шево, имел всего три бригады, чтобы встретить хорватов на фронте длинной 150 км., и одну, резервную, против мусульман (всего - 6.000 чел.).

      7-й Северодалматинский корпус ВРСК был прямым наследником 9-го Книнского корпуса ЮНА, которым в 91-м командовал Ратко Младич. Теперь десятитысячным корпусом командовал генерал-майор Слободан Ковачевич. Его солдаты обороняли Книн - столицу Сербской Краины, но позиции корпуса были самыми уязвимыми в и без того довольно слабой обороне краинских сербов. В ходе летних операций, хорваты заняли долину Ливно и Грахово, выйдя в тыл Северодалматинскому корпусу. Крупные силы хорватов нависали с севера над Книном, что делало весь "столичный" район практически непригодным к обороне. В случае хорватского наступления на всех направлениях (что и произошло), единственным шансом сохранить силы корпуса и не попасть в окружение, оставалось быстрое отступление на север, в сторону пограничного городка Срб.

      В Восточной Славонии Осиекскому корпусу отводилась вспомогательная роль - держать 11-й Восточнославонский корпус ВРСК в напряжении и ждать дальнейших указаний.

      Хорваты готовились к молниеносной операции. Гвардейские части, как наиболее боеспособные и подготовленные, должны были прорвать фронт и не задерживаясь на очагах сопротивления, разрезать территорию Краины на несколько частей. Идущие вслед за гвардейцами Домобранские полки уничтожали сербские войска в "котлах" и "карманах". Против РСК велась тщательная психологическая война - через хорватское телевидение, радио, газеты. В СМИ говорилось о мощи хорватской армии, о скором конце "мятежников", о слабости ВРСК и развале государственности. К сожалению, во многом это являлось правдой. Краишники и сами видели, что их республика переживает всесторонний кризис. Настроение в обществе перед "Олуей" было подавленным, обреченным - не сбылись многие обещания лидеров, народ утратил к ним доверие, людей охватила апатия. Многие уехали. Другие готовились сопротивляться, но и те знали, в каком плачевном состоянии находится армия. Солдаты и офицеры дезертировали сотнями. Ловить их никто не собирался. В РСК постоянно находилось до 1000 офицеров ВЮ, но перед "Олуей" все они как испарились. Руководство Сербской Краины пыталось приободрить народ. На Видовдан (28 июня) был устроен военный парад, в котором участвовало до 8.000 военнослужащих ВРСК и боевая техника. Однако показушный парад мог лишь усугубить мрачные настроения в народе, так как все знали, что более половины участников были теми самыми дезертирами, которых летом отловили в Сербии и насильно привезли в Краину. Сразу после парада, большинство из них вновь бежали подальше от войны.

      Руководство Краины, во главе с Миланом Мартичем знало об опасной ситуации в республике. В случае масштабного нападения хорватской армии, ставилась задача продержаться хотя бы неделю, а там, на помощь придет югославская армия. Многие краишники возлагали надежду на Слободана Милошевича, что он не оставит Краину на растерзание хорватам. РСК и СРЮ были связаны договором о военной помощи. Югославия на международном уровне была признана гарантом безопасности Сербской Краины. Ожидали помощи и от боснийских сербов. Но те, сами, прямо накануне "Олуи" понесли поражение от хорватов, сдав им Грахово и тем самым, подставив своих братьев-краишников.

      Думается, что реальное положение вещей представляли себе многие в правительстве РСК. Понимали, что СРЮ вряд ли пожертвует своим и без того шатким международным положением, да еще находясь под прессингом санкций, и ради Краины начнет войну с Хорватией. После падения РСК, президент Милан Мартич говорил в интервью, озаглавленном "Милошевич нас предал, а я верил, что он - бог, который спасет сербство!": "Существовал совместный план обороны РСК, РС и СРЮ, который подписали Верховные советы обороны трех держав и сам Милошевич. Однако Милошевич же и нарушил это соглашение, когда произошло нападение на Западную Славонию. Он запретил Славонско-Бараньскому корпусу ВЮ прийти нам на помощь, что повторилось и во время "Олуи"".

      После падения Грахово, Милан Мартич отправился в Белград "с челобитной" Слободану Милошевичу. "Когда пало Грахово, я поехал в Белград, чтобы просить его. Просить последний раз в своей жизни... Он даже не стал ждать меня в Белграде - отправился в отпуск (вовремя, однако! - А.И.). С помощью Бране Црнчевича я успел связаться с ним по телефону. Я буквально умолял его: "Господин Президент! Я вас прошу, последний раз в жизни и больше никогда не буду... Выступите с заявлением - опровергните хорватов, которые ежедневно в своих медиа трубят, что имеют вашу гарантию о невмешательстве СРЮ, в случае их нападения на Краину. Или только скажите, что не останетесь в стороне!" К сожалению, он отказался что-либо предпринять..."

      За несколько дней до начала хорватской операции среди населения стали распространяться слухи - 4-го нападут! О том, что власти знали о дате нападения, говорит тот факт, что эвакуировать гражданское население начали потихоньку 3 августа - так руководство РСК оценивало свои шансы в предстоящей борьбе.

     

      Операция "Олуя" началась в 5.00 утра одновременным ударом хорватских войск по всей линии фронта. Одновременно с массированной артподготовкой, ВВС Хорватии нанесли удары по командным пунктам и коммуникациям ВРСК. Ряд военных объектов и штабов вблизи линии фронта подверглись атаки диверсионных отрядов. Однако хорваты впоследствии явно преувеличили последствия артиллерийского огня, действий ВВС и диверсантов. Сербские части на передовой достойно встретили первую волну штурма. С наибольшими проблемами столкнулся Загребский корпус. Генерал Башарац в последний момент изменил план "Олуя-1", согласно которому предстояло действовать его войскам. Вместо окружения сербских войск в Петрине, он отдал приказ 2-й гвардейской бригаде штурмовать город. Фронтальная атака на хорошо укрепленные позиции 31-й бригады ВРСК закончилась для хорватов плачевно - они не только не продвинулись вперед, но и лишились сразу нескольких танков, подбитых метким огнем сербской противотанковой артиллерии. Существенны были потери и в живой силе. На второстепенном направлении, так же провалом закончилась атака 153-й пехотной бригады ХВ против позиций 24-й бригады краишников. После провала наступления на Петриню стала очевидна слабая подготовка Домобранских полков, их серьезный отрыв в боевых качествах от гвардейцев. Вспомогательная атака на Костайницу так же была отбита бойцами 26-й бригады. Относительного успеха в этом районе добился лишь 125-й Домобранский полк, прорвав крайний правый фланг сербской обороны и устремившись на Дубицу.

      Хорваты обоснованно опасались, что после начала операции, сербы нанесут "удар возмездия" ракетами "Луна-М", нацеленными на Загреб и ряд других городов страны. В Загребе даже началась паника, когда в ночь на 5-е над городом разразилась буря, а жители подумали, что сербы осуществили свои угрозы. На самом деле, еще в начале "Олуи", по приказанию командования ВРСК ракетные установки были приведены в негодность - чтобы "не достались врагу"...

      21-й Кордунский корпус успешно отразил удар частей Карловацкого корпуса ХВ. К востоку от Карловаца бойцы 11-й бригады пресекли попытку 104-й пехотной бригады ХВ форсировать реку Купа. В 20 км к юго-западу от Карловаца, 14-й и 137-й Домобранские полки продвинулись на несколько километров в сторону села Примишле, но были остановлены 13-й бригадой ВРСК, занявшей прочную оборону на реке Корана. Попытки 143-го Домобранского полка и 99-й пехотной бригады ХВ окружить город Плашки, так же были отражены.

      Действия Госпичского корпуса ХВ генерала Нораца поставили 15-й Личский корпус в сложное положение. В районе Госпича хорваты успеха не добились. Здесь мощная атака 9-й гвардейской бригады, при поддержке 111-й пехотной и 118-го Домобранского полка, натолкнулась на героическое сопротивление 18-й пехотной бригады ВРСК под Любово. 150-я пехотная бригада, части 111-й пехотной и 8-й Домобранский полк были остановлены сербской 9-й моторизованной бригадой у Медака. Севернее, 1-я гвардейская бригада ХВ пробила брешь в обороне на стыке двух бригад Личского корпуса, у подножия гряды Капела. Но у Личкой Ясеницы подразделения Корпуса Специальных Единиц ВРСК блокировали прорыв. Наступавшие на правом фланге (к северо-востоку от Оточаца) 1-й гвардейской бригады Домобранские полки, встретили решительный отпор со стороны 18-й и 50-й пехотных бригад и лишь немного потеснили сербов.

      Самого значительного успеха в первый день наступления, как и ожидалось, хорваты добились в районе Книна. Потеря боснийскими сербами Грахова в июле, помещала части 7-го Северодалматинского корпуса ВРСК в практически готовый мешок. Корпус выдерживал наступление, ведущееся одновременно с юга, запада, северо-запада и востока. Свободным оказывалось только северное направление.

     

      4 августа Книн подвергался варварским артобстрелам (по нему было выпущено около 5.000 снарядов). 4-я и 7-я гвардейские бригады ХВ наступали на Книн со стороны Грахова. Столкнувшись вначале с ожесточенным сопротивлением, к вечеру они взломали оборону 3-й Оперативной Группы, тесня ее к столице Сербской Краины. 126-й Домобранский полк и 144-я пехотная бригада обрушились на левый фланг 1-й Врликской легкой пехотной бригады, в то время как 6-й Домобранский наступал на позиции бригады с фронта. Бойцы Северодалматинского корпуса храбро сражались в этот первый день агрессии. Об отступлении никто не хотел и думать. Но к вечеру, стало ясно, что над всем корпусом нависла угроза полного окружения - в долине Велебит произошла катастрофа - хорватский спецназ МВД и батальон 9-й гвардейской бригады одолели бойцов из 9-й моторизованной бригады 15-го Личского корпуса в ожесточенной битве за перевал Мали Алан. Сбив сербов с перевала, агрессоры развили стремительное наступление в направление Свети Рока и горы Челавац, вдоль главной дороги, ведущей в Грачац. Тут впервые со всей серьезностью сказалось для краишников отсутствие запасных позиций, а из-за быстрого продвижения неприятеля, они не могли организовать новую линию обороны. 9-я моторизованная бригада откатывалась на восток, ставя под угрозу город Грачац и весь Северодалматинский корпус. Отбитая в это же время мощная атака хорватов под деревней Горни Земуник, к юго-западу от Бенковаца, к сожалению, мало что могла изменить в складывающейся ситуации.

      Территория Сербской Краины была зоной под "защитой" ООН. Вдоль всей линии фронта находились наблюдательные пункты международных сил. В случае нападения с той или с другой стороны, войска ООН должны были разъединить противников. Однако действия хорватской армии были скоординированы с "миротворцами". В момент нападения, ооновцы безо всякого препятствования пропустили хорватские войска - лишь в нескольких случаях возникли недоразумения, но в этом случае хорваты действовали решительно и жестко. Так, несколько наблюдательных пунктов было обстреляно прямой наводкой, несколько десятков военнослужащих ООН были "взяты в плен", а в ряде мест использовались в качестве "живого щита". В итоге, в ходе "Олуи" погиб один датский миротворец и двое чехов. Наступление на территорию РСК в Восточной Славонии не входило в планы Загреба, но можно предполагать, что определенную роль в отказе от захвата этой части Краины, сыграло присутствие здесь, в качестве "миротворце" российских войск. Вряд ли бы они позволили хорватам беспрепятственно пройти сквозь линию разъединения.

      Около 19.00 самолеты НАТО с авианосца "Теодор Рузвельта" атаковали сербские позиции под Книном. Налету так же подверглась авиабаза в Удбине - в оправдание было заявлено, что "во время патрулирования местности, самолеты НАТО были обнаружены сербскими радарами и захвачены в цель".

      4 августа начался массовый исход сербского населения с территории Краины. Днем появилось соответствующее указание, шедшее от Верховного совета обороны республики, возглавляемого президентом Миланом Мартичем. В нем указывалось, что "из-за сложившейся ситуации, вызванной агрессией Республики Хорватии на Республику Сербскую Краину и после первоначальных успехов в ее отражении, возникла угроза потери большой части территории Северной Далмации и части Лики. В связи с этим, приказываю преступить к планомерной эвакуации всего неспособного к военным действиям населения общин Книн, Бенковац, Обровац, Дрниш и Грачац. Эвакуацию проводить по заранее утвержденному плану, по маршруту Книн - Отрич - Срб - Лапац. Запросить помощь для эвакуации у командования УНПРОФОР сектора "Юг", находящегося в Книне".

      К вечеру 4 августа командование ВРСК отвело части 7-го Северодалматинского корпуса к Книну для организации обороны города. Но времени на это уже не было. Ночью военное и политическое руководство Сербской Краины переехало из Книна в Срб (35 км к северо-западу от Книна). Батальон 75-й моторизованной бригады был послан оборонять северные подступы к городу, но под давлением превосходящих сил неприятеля к утру так же отступил.

      Утром 5 августа хорватские войска осторожно вступили в пустой Книн. Мародеры врывались в дома немногочисленных оставшихся жителей, грабили и убивали. Над возвышающейся над городом книнской крепости был установлен хорватский государственный флаг, длиной 20 метров.

      Утром части хорватского МВД заняли Грачац - над 7-м Северодалматинским корпусом нависла угроза окружения. Командование приняло окончательное решение об отходе из "кармана" Бенковац-Обровац-Кистанье. Отступающие части корпуса и колоны беженцев забили все дороги, но отход происходил достаточно организованно - главный путь отхода прикрывался арьергардом из трех бригад у Отрича. В ночь с 5 на 6 августа части Сплитского корпуса ХВ вошли в оставленные защитниками Бенковац и Обровац. В это время боснийские сербы предприняли попытку оттянуть на себе часть хорватских сил. Но сделано это было крайне неубедительно, словно "для галочки" (1-я Дринская легкая пехотная бригада произвела безуспешную атаку позиций 81-го гвардейского батальона под Грахово и такая же вялая атака была произведена на Бихач). В 3.35 утра Восточнославонский корпус подверг ракетно-артиллерийскому обстрелу Осиек. Двумя часа поздже сербы обстреляли Сисак, а в начале седьмого - Дубровник.

      5 августа резко осложнилось положение 15-го Личского корпуса. По договору с Хорватией в агрессии против Краины приняли участие вооруженные силы исламистов из Боснии и Герцеговины, ударившие по сербским войскам с тыла. Все силы Личского корпуса были брошены на отражение атак хорватов. Боснийская граница (в районе Бихача) была прикрыта слабо. В ночь на 5 августа 502-я горная бригада АРБиХ пересекла государственную границу между Боснией и Сербской Краиной к северо-западу от Бихача, беспрепятственно пройдя сквозь наблюдательные посты польских "миротворцев" (по воспоминаниям мусульман, поляков крепко напоили накануне, а затем "взяли в плен"). Не встречая серьезного сопротивления, мусульмане заняли город Личко Петрово Село. Здесь находился большой склад боеприпасов, но когда исламисты приблизились к нему, произошел мощный взрыв - 12 солдат погибло, многие были ранены.

      К 8.00 утра 502-я горная бригада продвинулась на 10 км вглубь территории РСК, заняв местечко Тржачки Раштела, в районе Плитвицких озер. Три часа спустя, преодолев сопротивление сербских частей под Личкой Ясеницей и Саборско, к Тржачки Раштела подошел отряд из состава 1-й гвардейской бригады ХВ "Тигры", во главе с генералом Марьяном Марековичем. Соединение хорватов с 5-м корпусом мусульман, означало, что Краина разрезана надвое, а корпуса ВРСК на юге и севере уже не смогут соединиться.

      Другая бригада АРБиХ, участвовавшая в агрессии против Краины, 501-я - захватила радар на горе Плешевица и затем стала продвигаться к Коренице, где располагался штаб 15-го Личского корпуса. Однако на подходе к городу мусульмане натолкнулись на решительный отпор со стороны краишников.

      В районе Госпича, 9-я гвардейская бригада ХВ, после многочасового артобстрела смогла преодолеть отчаянное сопротивление сербов под Любово, что открыло хорватам дорогу на базу ВВС Краины в Удбине. Сербы срочно передислоцировали все свои самолеты в Баня Луку. Два Домобранских полка и резервная бригада, так же участвовавшая в штурме и прорыве позиций ВРСК под Любово, развивали наступление на северо-восток, на Кореницу.

      Удавшийся ранее прорыв частей хорватского МВД на Грачац, позволил хорватам успешно атаковать с фланга позиции 9-й моторизованной бригады у Медака, разбив ключевой элемент сербской обороны в этом районе. 15-й корпус оказался раздроблен на три очага сопротивления - 50-я бригада в Врховине, остатки 18-й бригады в Буниче и 103-я легкая пехотная бригада в районе Доньи Лапац-Кореница, недалеко от боснийской границы.

      21-й Кордунский корпус продолжал отражать атаки вокруг города Слунь и южнее Карловаца. Примишле было захвачено 14-м Домобранским полком ХВ. Наиболее тяжкие удары на севере Краины принял на себя 39-й корпус. После захвата 125-м Домобранским полком Дубицы, хорваты бросили в наступление резервы со стороны Шуни. Сербы начали отходить в сторону Костайницы. В это время в тыл корпусу ударила 505-я бригада 5-го корпуса АРБиХ, что заставило генерала Торбука задействовать против мусульман свой единственный резерв, 33-ю бригаду. 505-я бригада наступала на Жировац, однако в ходе ожесточенного боя, погиб ее командир - полковник Изет Нанич. Его гибель шокировала солдат настолько, что наступление было остановлено. Однако, лишившись резерва, измотанная непрерывными оборонительными боями 31-я пехотная бригада начала отходить вплотную к городским окраинам Петрини, под давлением 2-й гвардейской бригады.

      6 августа оборона 7-го и 15-го корпусов ВРСК продолжала стремительно разваливаться. Военнослужащие и жители устремились к спасительной границе, за которой была Республика Сербская. 1-я ХГЗ была переброшена вертолетами Ми-8 к юго-востоку от Оброваца и совместно со спецназом МВД Хорватии захватили Отрич. Подразделения ХВ и АРБиХ соединились под Кореницей, а очаги сопротивления остатков 15-го Личского корпуса в Буниче и Врховине были уничтожены.

      В 16.30 президент Франьо Туджман прибыл на вертолете в Книн, где произнес речь перед войсками, поздравив их с победой.

      После встречи на Плитвицких Озерах, 1-я гвардейская бригада ХВ и 502-я горная бригада АРБиХ развернули совместное наступление на север, в направлении Слуня, выходя в левый фланг 21-го Кордунского корпуса и КСЕ. Одновременно с этим, 14-й и 143-й Домобранские полки атаковали Слунь с фронта. 13-я бригада ВРСК и подразделения Корпуса Специальных Единиц были вынуждены оставить город и отходить в направлении Войнича, где находился штаб корпуса. Кордунцы отчаянно защищали позиции между Войничем и Карловацем, прикрывая отход тысяч беженцев, двигавшихся из района Слунь-Плашки на Топуско.

      В ночь на 6 августа сербы оставили Петриню. 2-я гвардейская бригада ХВ устремилась на Глину, в то время как восточнее, Домобранские полки заняли Костайницу и развивали наступление на Двор - последнюю возможность для краишников в секторе "Север" уйти в Боснию. Контратака 2-й танковой бригады КСЕ, предпринятая с целью остановить хорватское наступление на Глину, успехом не увенчалась. Поздно вечером хорваты заняли Глину - важный дорожный узел, поставив под угрозу полного окружения 21-й Кордунский корпус.

      Генерал Миле Новакович, руководивший всеми силами ВРСК в секторе "Север", запросил хорватскую сторону о перемирие, чтобы провести эвакуацию солдат 21-го и 39-го корпусов и беженцев. Перемирие продолжалось лишь одну ночь и следующим утром было нарушено хорватами, возобновившими военные действия.

      Ключевые операции "Олуи" 7 августа происходили на севере Краины. Силы Карловацкого корпуса, возглавляемые 1-й гвардейской бригадой нанесли концентрические удары по обороне краишников вокруг Войнича. Новый командующий 21-го Кордунского корпуса, полковник Чедомир Булат (генерал Босанац пропал без вести под Карловацем) видя безвыходную ситуацию, отдал приказ об отступлении на восток. Теперь главной задачей сербов было избежать окружения и вывести части двух корпусов на территорию Боснии.

      Части подразделений 39-го корпуса удалось уйти через Двор в Республику Сербскую во время "перемирия". 21-й корпус должен был "проскочить" через остававшийся коридор, в сторону Двора, прежде чем прикрывавшие отход бойцы не смогут более сдерживать хорватов и мусульман. Но было уже поздно - 505-я и 511-я горные бригады АРБиХ сломили сопротивление 33-й пехотной бригады и вошли в соприкосновение с 2-й гвардейской бригадой ХВ, наступавшей со стороны Петрини. Дорога на Двор была перерезана... Во второй половине дня, хорваты, наступавшие от Костайницы, захватили сам Двор, вытеснив в Боснию арьергард 39-го корпуса. Две пехотные бригады, остатки Корпуса Специальных Единиц, всего около 6.000 бойцов, под командованием полковника Булата и десятки тысяч беженцев оказались в полном окружении в городе Топуско.

      Между тем, 5-й корпус исламистов получил, наконец, возможность разделаться с Фикретом Абдичем. После краха ОГ "Паук" и отступления 39-го корпуса, лишенные поддержки краишников, поредевшие (многие солдаты Абдича с началом "Олуи" перешли на сторону противника или дезертировали) силы Автономного Края Западной Боснии, сконцентрировались около Великой Кладуши. 502-я бригада АРБиХ наступала на них с запада, а большая часть 5-го корпуса - с фронта. Практически не встречая сопротивления, исламисты триумфально вошли в столицу "мятежников". Генерал Дудакович получил повышение и чествовался в исламистских СМИ Боснии как национальный герой.

      В 18.00 7 августа министр обороны Хорватии Гойко Шушак объявил об окончании "военно-полицейской" операции "Олуя". Послышались заявления о скором наступлении на оставшуюся территорию РСК в Восточной Славонии. 11-й Восточнославонский корпус ВРСК, русские и бельгийские подразделения ООН изготовились к обороне. Однако на это быстро отреагировали в Белграде, заявив, что нападение на Восточную Славонию неминуемо повлечет за собой вступление СРЮ в войну. Пребывавшим на пике триумфа хорватам пришлось несколько умерить свои аппетиты.

      Тем не менее хорватским войскам еще предстояло ликвидировать несколько очагов сопротивления краишников. Главным из них была узкая полоса приграничной с Боснией территории в районе Доньи Лапац-Срб. Здесь находились еще тысячи беженцев и военнослужащие ВРСК, продолжавшие эвакуацию на территорию Республики Сербской. 8 августа три гвардейские бригады ХВ, 1-й ХГЗ и спецназ МВД приступили к ликвидации "кармана". Колонны беженцев несколько раз подвергались авианалетам и артиллерийским обстрелам - десятки людей погибли. К 20.00 Срб и Доньи Лапац были в руках хорватов.

      А на севере завершалась драма 21-го Кордунского корпуса, окруженного в Топуско. Полковник Чедомир Булат, подписал капитуляцию в присутствии своего старого друга по ЮНА, генерала ХВ, Петра Стипетича. Все вооружение корпуса, включая батальон танков и артбатальон гаубиц Д-30, сдавались хорватам. Солдаты корпуса и не менее 20.000 беженцев, под эскортом ООН эвакуировались на территорию СРЮ. Их нелегкий путь на перегруженных тракторах, автобусах и автомобилях, пролегал в обход Боснии, через Западную и Восточную Славонию.

     

      Республика Сербская Краина прекратила свое существование за четыре дня. Хорватская армия имела огромное преимущество в живой силе, технике, оперативных возможностях. Столь быстрая победа стала возможной и из-за нерешенной сербами проблемы Бихачского "кармана", из которого в тыл краишникам нанес фатальный удар 5-й корпус, и из-за роковой потери боснийскими сербами Гламоча и Грахова. Огромную роль в разгроме Краины сыграла предательская политика Слободана Милошевича, ждавшего от Запада отмены санкций, а потому не собиравшегося вмешиваться, несмотря договор о совместной обороне с краишниками. Однако, последнюю оставшуюся свободной территорию РСК в Восточной Славонии, Белград трогать хорватам запретил - как в последствии оказалось, чтобы использовать ее в качестве разменной карты на переговорах в Дейтоне.

      Министр обороны Хорватии Шушак объявил 7 августа, что потери хорватских вооруженных сил во время проведения операции составили 118 убитых и 620 раненых. 10 августа министр здравоохранения Андрия Хебранг обнародует новые цифры - 174 убитых и 1430 раненых и, наконец, 29 августа, министр хорватского правительства Ивица Костович объявит о 211 погибших солдат и полицейских.

      Потери сербской стороны подсчитать гораздо труднее, учитывая то тяжелое положение, в котором находились с 4 по 8 августа подразделения ВРСК. Огромную работу в этом направлении провело общество краишников в изгнании "Веритас". Согласно их данным (на июнь 2005 года), число погибших и пропавших без вести мирных жителей за август 1995 года? составляет 1.042 человека. 726 военнослужащих ВРСК и 12 милиционеров погибло и пропало без вести. И эти данные продолжают пополняться... Данных о количестве раненых нет, но по-видимому они составляют от 2.500 до 3.000 человек.

      Операция "Олуя" стала и крупнейшей в послевоенной истории Европы этнической чисткой. Согласно данным Главного Штаба ВРСК на июнь 1993 года, население Республики Сербская Краина (без Восточной Славонии) составляло 268.795 человек. К августу 1995 года это число уменьшилось на 10% - люди бежали от войны. За несколько дней операции "Олуя" и сразу после нее, Краину покинуло около 220.000 сербов. Большинство из них нашло убежище на территории СРЮ. Немногим оставшимся пришлось пережить несколько лет террора и издевательств, ставших затихать лишь в 1998 году, когда под давлением международных организаций, власти Хорватии взяли немногочисленных сербов Краины под охрану.

     

      Полковник Чедомир Булат командовал 21-м Кордунским корпусом в 1992-94гг. В 1994 командиром корпуса был назначен генерал Босанац.

      ? В том числе и сразу после окончания операции "Олуя"

     


     


Версия для печати Комментарии (15)